Вспоминаем о войне: Владимирец выжил в детском лагере смерти

Владимирец Георгий Жулега в этом году отметит 77-ой день рождения. Эти годы он считает подарком судьбы...

Владимирец Георгий Жулега в этом году отметит 77-ой день рождения. Эти годы он считает подарком судьбы, ведь смерть не единожды его поджидала: в детском концлагере, в партизанском отряде, в детском доме. Накануне Дня Победы мы попросили Георгия Ивановича рассказать о военном детстве и послевоенной жизни.

Немецкие войска заняли белорусский город Оршу, где жила семья Жулегы, 13 июля 1941 года. Отец, Иван Жулега, был вторым секретарем райкома и ушел в подполье, как только немцы вошли в город. В 1941 году в оршанских партизанских отрядах сражались 12 000 человек, а к концу войны число бойцов перевалило за 300 тысяч. Оршанские партизаны взрывали поезда, используя «угольные мины», замаскированные под каменный уголь.

.

Ивана Жулегу выдал предатель, и фашисты расстреляли партизана 9 мая 1942 года. Его жена сгинула в гестапо, а трое детей остались с бабушкой. Можно сказать, "повезло" - в их доме остановились немцы-врачи, обеспечивая семье определенную защиту.

Но через три года "постояльцы" съехали, и шестилетнего Жору тут же забрали в «специальный детдом». Так фашисты называли концлагерь, где у малышей забирали кровь для раненых солдат вермахта. В Белоруссии было 14 таких детских лагерей. В память об этом в Гомельской области в селе Красный Берег создан мемориальный комплекс «Детям – жертвам Великой Отечественной войны».

Врачи работали аккуратно. Жора запомнил слово «цукар» — сахар. Его давали очередным маленьким мученикам накануне забора крови. Детям делали укол, чтобы кровь не сворачивалась, и забирали все, что могли выкачать. Обычно обескровленный ребенок засыпал перед смертью, а затем его выносили «на помойку». Так местные жители называли место под навесом, где родные могли забрать тело и похоронить.

Наступил день, когда Жоре тоже дали "цукар". Дальше - темнота... Под навесом обескровленное тельце нашла подруга отца, принесла домой и... заметила слабые признаки жизни! Мальчика удалось выходить и переправить в партизанский отряд, а затем с другими детьми его переправили за линию фронта. А вскоре Орша была освобождёна. 27 июня 1944 года в город вошли войска 3-го Белорусского фронта. К этому времени дети Жулегы уже жили в детском доме. Через два года сестра Жоры утонула, а пятнадцатилетний брат сбежал из детдома. Георгий остался один.

.

Выживали, как умели

Ужасы оккупации Георгий Жулега старается не вспоминать, только вздрагивает и трет лицо, когда в памяти всплывают страшные картины. А вот о послевоенных детдомовских годах рассказывает с юмором, хотя еще много лет дети голодали.

- Крупинка за крупинкой гонялись с дубинкой — так мы шутили о своих обедах. В 45-46 годах было еще ничего. Эшелоны из Европы везли трофеи, и нам перепадало. Помню, однажды оставили целый вагон коров — нечем было кормить в дороге. Их распределили среди семей партизан. Я летом приезжал к бабушке, пас скот, и хозяева давали нам пару яиц, поллитра сметаны... А потом стало тяжело. Зимой 47-48 года в нашем детдоме от голода умер каждый третий воспитанник. В одном детском доме нас посылали на элеватор ловить голубей, тем и кормились. Перья пускали на первые мягкие подушки, тогда же все спали на соломе.

В другом детском доме мы ведрами ловили карасиков в реке на обед.

В 1961 году Жулега устроился на Ясиновский коксохимзавод на Донбассе, в Мокеевке.

Помню еще, рядом с нами проходили колонны с пленными немцами, они останавливались недалеко от нас на пункте питания. Сначала мы пытались обстреливать их из рогаток, охрана нас отгоняла. А потом рогатки забросили и прибегали с лопушками в руках за кашей.

Дети постоянно крутились на вокзале, предлагали помощь солдатам из разных родов войск, они же конкурируют между собой. Увидит, к примеру, летчик, что мне артиллерист конфетку сунул, и постарается дать гостинец побольше.

.

В 1950 году 9 мая в детском доме прошел слух, что завхоз привез в мешке несколько белых буханок. Все гадали - какие они, белые? Как снег? Как яичко или молоко? К обеду отличникам выдали по кусочку булки размером со спичечный коробок, мне тоже досталось. Мы его разделили на четверых.

Школа послевоенной жизни

- В детском доме я и коз научился доить, и на швейной машинке шить. В 12 лет чуть ноги не потерял на заготовке дров. Нашему детскому дому выделили лес. Место было заболоченное, и мы дождались заморозков, чтобы вывести бревна. Заночевали в шалаше из еловых веток. К утру я не чувствовал ног, кожа почернела, и меня срочно отвезли в больницу, начали готовить к ампутации. Детских палат не было, рядом со мной лежал контуженный солдат. Ему что-то привиделось, он кинулся на меня с ножом, я испугался и упал в обморок. Врачи сказали, что от сильного потрясения тромбы, перекрывавшие сосуды, оторвались, и ноги удалось сохранить.

Закончив 7 классов, Георгий Жулега выучился в ш

.

коле фабрично-заводского обучения (тогдашнее ПТУ), и его распределили в Ашхабад. Но жизнь по-прежнему оставалась "веселая".

- Зарплаты хватало дней на десять. Мы жили в общежитии и на четверых в складчину купили кастрюлю за 200 рублей, моя зарплата тогда была 700 рублей. Достали на базаре картошки, поставили варить и буквально на пять минут отошли. Приходим — уже украли! Еле нашли и с боем отобрали обратно. Рабочей одежды не было, в чем по городу ходили, в том и работали. Приличную рубашку просили «в долг» у товарищей.

Теме не менее, мирная жизнь налаживалась. Судьба словно давала наверстать Георгию страшное детство и трудную юность. В 1956 году Георгий случайно встретился с братом в Челябинске. Затем, пока служил в армии, занялся поиском оставшейся родни. Ведь у его деда по материнской линии была большая семья — 22 ребенка!

.

В 1961 году Жулега устроился на Ясиновский коксохимзавод на Донбассе, в Мокеевке. В общежитие подселили студенток московского института машиностроения.

Георгий взял шефство над девушками как секретарь комитета комсомола цеха, а затем «закадрил» московскую «штучку» и в том же году женился. В 1964 году родилась дочка Яна, в 1972 году — Наталья.

Супруга настаивала, чтобы муж получил высшее образование, но Георгия тянуло «к металлу». Проучился три курса в институте и бросил. Талантливый механик на любом заводе был нужен, и Георгий дорос до шеф-инженера, служил «литром» - линейным инженерно-техническим работником. Два года семья жила в болгарском городе Варна, куда Жулегу направили от завода устанавливать оборудование.

Георгий немало поколесил по стране, чему способствовал его непримиримый характер. Он не мог закрывать глаза на халтуру и грубость и часто вступал в конфронтацию с начальством. Но без работы никогда не сидел, благодаря репутации «золотого» мастера.

.

В 1982 году семья осела во Владимире. Георгий до пенсии работал механиком, оставаясь все таким же принципиальным.

- Все у нас хорошо, дети устроены, - говорит Георгий.

Он сохранил на удивление крепкое здоровье, до сих пор ездит с друзьями на рыбалку и возится с внуками. Вот только ноги болят, напоминая о прошлом.