Звезды6 января 2015 1:00

«Гусарскую балладу» Эльдара Рязанова написал муромлянин Александр Гладков

Режиссер, снявший три кинокомедии из жизни старой русской провинции, не поверил, что в Муроме мог родиться «отец» поручика Ржевского

Фото: Петр СОКОЛОВ

ПОЧЕМУ В КАДРЕ - НЕ СУЗДАЛЬ?

Каким-то странным образом Суздаль - наш «маленький голливуд», основная площадка для съемок фильмов из старой российской жизни - ни разу не был выбран Эльдаром Рязановым. Хотя вроде все шансы были.

- Когда передо мной встал выбор, где снимать «Жестокий романс» — в Суздале или Костроме, — я выбрал последний вариант, - признался как-то Эльдар Рязанов. - Я снимал дворянскую картину, а в Суздале она бы получилась купеческой.

Фильм «О бедном гусаре замолвите слово», для которого тоже требовалась русская провинциальная старина, режиссер, тем не менее, снял в Москве и Ленинграде. А «Гусарскую балладу» - в Подмосковье. Зато у нас впитал в себя героическую романтику давно минувших дней автор литературной основы этого одного из самых кассовых в СССР фильмов (50 миллионов зрителей только в первый год) – драматург Александр Гладков. Он родился в семье сына муромского купца, который выбрал профессию инженера. После революции меньшевик Гладков-старший даже недолго побыл городским головой Мурома, издавал местную газету.

Когда к круглой дате – 150-летию войны с Наполеоном – Эльдар Рязанов взялся за постановку кинокартины, героическая комедия в стихах Гладкова «Питомцы славы, или Давным-давно» уже 20 лет была мегапопулярной. Поручик Ржевский – героем десятков анекдотов, причем даже стихотворных. А его «родитель» – лауреатом Сталинской премии, дважды отсидевшим в тюрьме…

ВСПОМИНАЯ МУРОМСКИЕ ЗИМЫ

- Я пошел знакомиться с Гладковым, - вспоминал Эльдар Александрович. - Очаровательный человек, заядлый книжник, бедно живущий, на коленях брюк - пузыри. Он идею одобрил, обещал через полмесяца принести сценарий. И... исчез!

Режиссер позже писал, что вроде бы один из директоров «Мосфильма», знавший Гладкова давно, сразу сказал, что тот стихов писать не умеет, а пьесу, судя по всему, вынес из тюрьмы после первого срока.

Дело в том, что весной 1940 года в Ленинской библиотеке заметили, что исчезают книги. Стали следить и увидели, как сумасшедший книгоман Гладков запихивал за ремень брюк редкий том. Гладков отсидел год в тюрьме… А в 1948 году, уже Сталинский лауреат по литературе Гладков был арестован по обвинению в хранении антисоветской литературы. Говорили, что он не просто держал у себя гитлеровскую «Майн Кампф», но и давал ее почитать любопытным.

Пьеса «Питомцы славы или Давным-давно» действительно написана фанатичным книголюбом. Поручик Ржевский – это во многом реальный лихой гусар, поэт и основатель партизанского движения Денис Давыдов, которого Толстой в «Войне и мире» вывел под именем Денисова. Переодевшаяся корнетом Шурочка Азарова — легендарная кавалерист-девица Надежда Дурова, воевавшая с французами в 1812 году и написавшая собственные мемуары.

- Когда мы с братом были маленькими, мама в Муроме прочитала нам за две зимы вслух «Дети капитана Гранта» и «Войну и мир», - вспоминал Александр Гладков. - Мне потом часто казалось, что я помню не книгу, а именно 1812 год - с людьми, красками, звуками, - как нечто реально бывшее в моей жизни. Поэтому когда я задумал написать пьесу о 1812 годе, то каким-то образом в моем воображении соединились в одно давние впечатления о «Детях капитана Гранта» и «Войне и мире» и я понял, что хочу написать очень веселую пьесу.

Фото: Петр СОКОЛОВ

В итоге, уже в Москве Гладков «увольняется отовсюду, продает три чемодана книг» и берется за перо. Премьера «Питомцев славы» состоялась прямо в годовщину революции 7 ноября 1941 - в осажденном Ленинграде. А в самый первый раз отрывок из пьесы был сыгран актерами в прямом эфире по радио, в перерыве между сводками Совинформбюро. Ее повсеместно ставили фронтовые бригады на передовой и театры в тылу, а 9 мая 1945 года спектакль шел в БДТ им. Горького.

«БАЛЛАДУ» НАПИСАЛ ТОЧНО НЕ Я…»

Пьеса для театра – это далеко не киносценарий, в кино нужны сцены на натуре, их надо дописывать, и – подгонять соседние куски текста. Но когда Рязанов попросил автора переделать текст, залатав швы «рукой мастера», Гладков словно растворился, сказав, что «творчество – процесс интимный».

- Я сам управился за неделю! – рассказывал Рязанов. - Работа оказалась несложной, ведь надо было сочинить только заплаты, чтобы имитация не бросалась в глаза. Я понял, что настоящему автору пьесы на это хватило бы трех дней.

- Я завидую тем, кто в процессе работы приходит сам от себя в восторг, - рассказал в своих мемуарах «Не так давно» Александр Гладков, умерший в 1976 году. - Несколько дней как-то я просидел на тридцати строчках, наконец, зажмурился, что-то накарябал и перешагнул через это. А после оказалось, что все вполне прилично. Приходилось выбрасывать отдельные реплики, делать мелкие купюры, но это оказалось трудно. Взять и выбросить фразу не просто - повисала незарифмованная строка.

В общем, он без проблем согласился с рязяновскими переделками, поделился с Рязановым гонораром за сценарий и даже мужественно боролся с худсоветом за кандидатуру комика Игоря Ильинского на героическую роль Кутузова.

Рязанову стало стыдно, но он так и не отступил от своей «приключенческой» версии, что за решеткой - среди малограмотных зеков – Гладков чудом нашел неизвестный талант, да и обокрал его.

- Не знаю, надо ли вообще рассказывать все это? – не раз спрашивал сам себя режиссер. - Я ни на что не претендую. Знаю только, что пьесу «Давным-давно» написал не я.

Обладая горячим характером – а режиссеру по-другому и нельзя – Эльдар Рязанов всю жизнь сражался – с обстоятельствами, вмешательством цензоров, недоверием к себе. Не раз ошибался, редко каялся… Но важно, что когда все это окончательно перейдет в категорию «давным-давно» по- прежнему свежо и лихо будет звучать его и Гладкова «Гусарская баллада».